ПАДЕНИЕ СТЕНЫ. РЕПОРТАЖ С BORHNOLMER STRASSE

Граница на замке. На плакате вверху написано: "ГДР - оплот мира в Германии"

В этом году исполняется 30 лет со дня падения Берлинской Стены в 1989 г. Все шло к тому. Венгрия и Чехословакия открыли границы с западом. А поскольку жители ГДР могли ездить в эти страны свободно, то через них из Восточной Германии нарастающим потоком пошли волны беженцев. В основном молодежь. В ГДР даже появилась поговорка "Последний выключает свет". Все ждали падения Стены. И все же произошло это «случайно».

Вечером 9 ноября 1989 г. член политбюро Социалистической Единой Партии Германии (СЕПГ) Гюнтер Шабовски выступал на пресс-конференции в здании на улице Mohren strasse 36-37, где сегодня находится Министерство юстиции ФРГ. Шабовски неудачно прокомментировал только что принятое решение властей о новом порядке выезда граждан ГДР в ФРГ и Западный Берлин. Вкратце его суть была в том, что разрешительный порядок менялся на уведомительный. Теперь требовалось всего лишь предварительно сообщить о своем намерении отправиться за границу в местный полицейский участок. Но визовый режим сохранялся. Народ понял это как открытие границы и стихийно пошел к Стене.

Первым местом, где люди прошли на «ту сторону» стал мост Бёзэбрюкке (Bösebrücke)  на улице Borhnolmer strasse. Шлагбаум был открыт в 22:30. Приказ отдал подполковник Гаральд Егер (Джагер). В течение первого часа через мост прошли 20 тыс. человек. Этот день считается датой падения Берлинской Стены. Полиция и пограничники ГДР ушли с дороги, уступив многотысячной ликующей толпе.

Потом открылись и другие пропускные пункты. С утра по мосту в сторону Западного Берлина двигались толпы людей.

В память об этом событии часть территории за мостом на западной стороне получила название «Площадь 9 ноября 1989 г.» (Platz des 9 Nowember 1989). Здесь сохранилась часть Стены и выставлено несколько информационных стендов с историческими фотографиями.

Спустя годы начальник КПП рассказывал: “Для меня это была самая прекрасная и одновременно самая ужасная ночь. Это было чудовищно, потому что я понял, что партия и власти нас бросили и что мои коллеги больше не поддерживают меня. Вся моя идеология в ту ночь разлетелась в клочья. Я не герой. Я принял единственно правильное решение тогда, в тот вечер. Мы должны поблагодарить за все граждан ГДР, которые стояли тогда перед нами. Единственное, за что я могу себя похвалить – не было пролито ни капли крови, только слезы радости и холодный пот. Вот и все".