Аншлаг в Берлине

Берлин в начале XX в.

«Невероятно, удивительно! Эти гастроли стали поворотным моментом в истории немецкого театра», -  так писал о прошедших в Берлине  в начале 1906 г. гастролях Московского Художественного Театра/МХТ нынешний художественный руководитель и режиссер берлинского театра «Шаубюне»Томас Остермайер,одна из ключевых фигур современной европейской сцены.

К. С. Станиславский

Русский театр привез в Берлин гениальный режиссер, выдающийся реформатор русской сцены Константин Сергеевич Станиславский. Одним из мотивов поездки стало то, что в декабре 1905 г. во время вооруженного восстания московские театры были закрыты. Председатель кабинета министров граф Витте был извещен о заграничных гастролях МХТ соответствующим письмом: «Московский Художественный театр, находя невозможным продолжать свои представления в Москве при тех условиях, в каких оказался театр после декабрьских революционных событий, предпринял заграничную поездку в полном своем ансамбле и с полной своей обстановкой, в числе 87 лиц и с пятью вагонами театрального имущества».

За границу повезли в основном русский репертуар. В него вошли «Царь Федор Иоаннович»  Алексея  Толстого, «Дядя Ваня» и «Три сестры» Чехова, «На дне» Горького. Плюс пьеса западно-европейского автора Ибсена – «Враг народа» (российская версия названия «Доктор Штокман».

В начале февраля 1906 г. МХТ прибыл в Берлин. До этого русский театр большой берлинской публике был мало известен. К тому же предпринятая перед поездкой рекламная кампания оказалась неудачной. Кроме того, часть берлинских театралов и журналистов считала актеров театра чуть ли не революционерами, что отчасти было верно, поскольку кое-кто из них на родине числился «политически неблагонадежным», утверждается даже, что среди них были члены РСДРП. Русские артисты поначалу встретили в Берлине не только непонимание, но и откровенную корысть, что тревожило Станиславского в течение всех гастролей. «Боюсь, что никаких сборов не хватит, чтоб покрыть эти невероятные расходы - сокрушался русский режиссер.

Но в любом случае театральная публика с большим интересом ожидали спектакли таинственного для них русского театра. Многие немцы оказали российским дебютантам на берлинской сцене практическую помощь в подготовке гастролей и распространении статей в местной прессе.

Берлинцы ожидали, что спектакли будут идти на немецком языке и были удивлены узнав, что москвичи на сцене собираются говорить по-русски.

Первый спектакль прошел 10 февраля 1906 г. МХТ дебютировал с пьесой «Царь Федор Иоаннович» о последнем Рюриковиче на московском престоле. Интересно, что именно с этого спектакля началась 14 октября 1898 г. творческая биография МХТ.

Немецкий режиссер Макс Рейнхардт

В Берлин на премьеру приехал старейший немецкий актер Э. Хаазе, удостаивавший своим вниманием только избранные постановки.

В зале присутствовали директора столичных театров, «немецкий Станиславский» режиссер Немецкого театра (Deutsches Theater) Макс Рейнхардт, писатели и драматурги Герхард Гауптман, Герман Зудерман, Артур Шницлер и другие важные персоны немецкой литературной и театральной общественности.

Рейнхардт был потрясен реализмом режиссуры Станиславского. Русский режиссер, говорил он, достиг невероятного уровня в своем творческом методе: «Станиславский нас превзошел. Он недостижим...».

В свою очередь русский режиссер позже писал об огромном влиянии, которое на него оказал его немецкий коллега. 

Через два дня после спектакля Станиславский «отбил» телеграмму в Москву: «Успех небывалый. Цвет немецкой литературы, печати, финансовой аристократии, русский посол и посольство,.. присутствовали. Отзывы печати восторженны. Полная победа. Овации, подношения. Горды, счастливы. Поклоны. Наш адрес: Unter den Linden, No 27». (Сегодня на этом месте на углу с Фридрихштрассе стоит здание с надписью Haus der Schweiz).

Сцена из спектакля "Царь Федор Иоаннович". В роли царя И. М. Москвин

«Царь Федор Иоаннович» получил исключительно хорошую прессу. «Успех мы имели громадный, гораздо больший, чем первый "Федор" в Москве, - писал Иван Михайлович Москвин, игравший роль царя.

Спустя неделю, в Москву ушло более подробное письмо: «Первый спектакль собрал такую публику, которую Берлин видит вместе не часто. Представители театра, литературы, науки, вся лучшая часть прессы, посольства, бургомистр, офицерство и прочие. Публика была на 9/10 немецкая. Весь театр поднялся с овациями… Главные немецкие критики обрушились на немецкое искусство и кричат, чтобы актеры поскорее бежали учиться к русским. Русские, - пишут они, - отстали от нас в политической жизни, но они обогнали нас на 20 лет в искусстве.

Cамый строгий местный критик Норден прямо заявляет: «Стыдно, но должно признаться, то чем мы любовались у Рейнхардта, что руководит здесь Немецким Театром, это первые детские шаги сравнительно с русским искусством, которое, судя по «Царю Федору», уже 8 лет тому назад достигло идеала». Словом, пресса захлебывается от восторга…

К. Станиславский в роли Сатина в спектакле "На дне"

По поводу стоявших в последующем репертуаре чеховских «Дяди Вани» и «Трех сестер» у руководителей театра и его актеров были сомнения, поймут ли их в Германии? Опасения оказались излишними. Русские смогли «открыть» Чехова для немецкого зрителя. Газета Tagliche Rundschau писала, что благодаря МХТ берлинским театралам «…открылась новая страна, новая культура, народность, до сих пор остававшаяся чуждой...».

Самый большой успех имел «Дядя Ваня»... В антракте спектакля Гауптман вышел в фойе и громогласно заявил собравшимся вокруг него зрителям: «Это самое сильное из моих сценических впечатлений, там играют не люди, а художественные боги».

Невероятный успех ожидал в Берлине и спектакль «На дне» по пьесе Горького. Русский писатель и драматург был тогда очень популярен в Германии. Эта пьеса под названием «Ночлежка»  с аншлагами шла здесь с 1902 г. и ко времени прибытия МХТ в Берлин выдержала свыше пятисот постановок. В течение трех лет спектакль стоял в репертуаре театра Макса Рейнхардта, где был сыгран около 300 раз. Горьковская «Ночлежка» давала прекрасную кассу и поэтому оказалась замешана в скандале. Дело в том, что примерно половину сборов Максим Горький обещал пожертвовать в пользу РСДРП, 25 % предназначалось автору, а 20 % за услуги должен был получить примкнувший к социалистам бизнесмен-авантюрист Парвус. По доверенности Горького он вел в Германии коммерческие дела с театрами, где ставилась «На дне». Сумма к выдаче в целом «набежала» солидная – более 100 тысяч марок. Парвус, однако, растратил все деньги «на путешествие с одной барышней по Италии». Его наказали по партийной линии, но денег он так и не вернул.

Хорошо известный в Германии спектакль Ибсена «Враг народа» русским театром был прочитан по-своему. Но версия не оказалась хуже. Бережно сохранив основную канву произведения и главные характеристики образов, русские интерпретировали их по своему, благодаря чему хорошо известная немецкой публике пьеса заиграла новыми красками. 

Берлинские гастроли МХТ завершились 11 марта 1906 г. спектаклем «Царь Федор Иоаннович». Вслед за ним последовала еще одна партия восторженных рецензий и статей. Уже названный выше самый строгий критик Германии Норден писал: «В Берлине случилось событие. Приехали русские. На долю каждого поколения приходится встречать 6 - 8 больших художников. В этой труппе - все художники и все собраны воедино… Пусть идут в театр знакомиться с Россией не только артисты, но и дипломаты, политики и те, кто утверждает, что это погибшая страна. Народ, который создал такое искусство и литературу, -  великий народ. У него есть культура... Она непохожа на нашу, но нам не мешает поближе ее узнать».

Фонограмма передачи "Аншлаг в Берлине" на радио "Русский Берлин""